Многогранность чувства принадлежности

В Тамаки-Макаурау, Окленде, наступила весна. Площадь Аотеа была усыпана яркими огнями. Дети бегали между ними, не следуя никаким правилам. Родители бежали за ними, но в конце концов сдавались и просто наблюдали за ними.

Это «We The Young» — фестиваль для детей, который только что завершил свой второй год. Я пришла туда как зрительница. А уходила, размышляя о чувстве принадлежности.

Некоторые моменты запомнились мне особенно. Дети, создававшие мир из света, а затем входившие в него. Дети, стоящие в очереди у избирательного участка, делающие плакаты и с большой серьезностью отдающие свои голоса. Цирковое представление на языке маори, где я не понимала каждого слова, но уловила весь смысл. Кукольная сказка, действие которой происходило в лавке с лапшой, о том, как унести с собой домой частичку этого места.

Ничто из этого не происходит случайно. За каждым спектаклем стоят артисты и продюсеры, которые выбрали именно эту работу. Они выбрали зрителей, которые не покупают абонементы и не пишут рецензии. Они выбрали людей, которые очень честно скажут вам, когда им скучно. Это смелый выбор. Во многих странах он также является рискованным.

Мне знакома эта уязвимость. В течение многих лет я работала с детьми и молодежью в Пакистане. Там, как и во многих других местах, детское искусство зачастую существовало за счет доброй воли, небольших грантов и упорства нескольких человек. В Аотеароа ситуация иная, но вопросы остаются теми же. Кто решает, что детская культура имеет значение? В чьем бюджете она фигурирует? И почему, когда денег не хватает, дети так часто оказываются первыми, кто остаётся в накладе?

Именно поэтому так важна правозащитная деятельность. Организация «ASSITEJ International» опирается на аргументацию, основанную на правах человека. Согласно Конвенции ООН о правах ребенка, каждый ребенок имеет право свободно участвовать в культурной жизни и искусстве. Это право не теряет своей силы даже в условиях экономического спада. Финансирование проектов для юной аудитории не должно быть просто жестом доброй воли. Оно должно ставить детей в центр внимания.

Смотря эти передачи, я всё время думала о доме. Вернее, о домах. В Пакистане чувство принадлежности было частью моей жизни с самого рождения: язык, район, сезон праздников. В Окленде я всё ещё учусь чувствовать эту принадлежность. Оно проявляется в мелких моментах. Ребёнок, смеющийся над той же шуткой, что и я. Слово на языке те рео маори, которое я теперь узнаю.

Я поняла, что чувство принадлежности может принимать самые разные формы. Его можно унаследовать. Его можно выбрать. Его может подарить даже незнакомец. Но неизменна лишь наша потребность в нём.

ASSITEJ основана на этой потребности. Мы — национальные центры, сети и художники, работающие в совершенно разных условиях. У некоторых из нас есть собственные площадки и фестивали. У других — арендованное помещение и огромная надежда. Но где бы мы ни работали, нас объединяют общие ценности. Мы верим, что дети являются полноправными участниками культурной жизни уже сейчас, а не в будущем.

Как член Исполнительного комитета, именно это я считаю самым ценным. Я вижу, как влияние измеряется по-разному и формируется за счет самых разных ресурсов. Бесплатная инсталляция на городской площади. Кукольный спектакль в школьном зале. Сетевая встреча, объединяющая участники из разных часовых поясов. Каждое из этих событий имеет значение, и каждое из них чему-то учит всех нас.

В следующем году мы соберемся в городе Сувон (Южная Корея) на Всемирный конгресс « ASSITEJ », который пройдет с 21 июля по 1 августа 2027 года. Одной из его ключевых тем станет участие детей. Я буду думать о тех детях, которые стоят у избирательного участка в Окленде. Они уже знают, что такое участие.

Фестиваль в Окленде уже закончился. Гирлянды на площади Аотеа убрали. Но я до сих пор вспоминаю одного мальчика, который объяснял правила игры, в которой не было никаких правил, а все вокруг его внимательно слушали.

Вот что для меня значит чувство принадлежности.